Мир поэзии Поиск книг    О проекте    Обратная связь    Размещение рекламы

Хлебников Велимир
«Творения»

Главная страница / Хлебников Велимир «Творения»
и молчала. Руки ее собирали травы и бледные лютики, украшающие венки. Жрица молча смотрела на нас, прекрасно и строго, но веря нам, и одежды озером падали к ногам Девы с черной повязкой кругом стана. Хворост, венки и смолы были сложены. Злаки пустынь, покрытые ручьем серебряного волоса, круглые и восковозеленые, лежали на круглом камне. Сквозь черный колодец вынутого камня падал к нам малиновый луч.


А кругом, как стены храма, с задернутыми облаками глазами, лежал наполовину человеческий лев. Губка времени была пролита на его лицо.


— Дети, — сказал жрец, — вот он зажегся, сияющий глагол*.


Мы благоговейно слушали его в этом подземелье храма. Он продолжал дальше:


— Вот большие и малые солнца кружатся во мне. Слышите ли вы их звук, как они поют, и пение их сливается морским глаголом с морем солнц, с пением утреннего неба? И вся слава меня хвалит звездную славу там. И если мы конебесы и черный ветер концов наших грив, пена снежных комьев усталости, захлестывающие нас удары хвоста, злые глаза осады. Топот. Еще топот! Сколько их поднялось на дыбы и гуляет на задних ногах, грозя передними. Мы заполняем пропасти утесами, на которых книги, не прочтенные седымй волхвами тысячелетий. Мы захлестываем себя гривами, спешно набрасывая горный мост к небу. О, гул восстания! Осада. Деревья, бревна, осколки законов, горы, веры — все заполняет ров к замку неба. И улыбка судеб торчит репейником на наших диких гривах. Черные, белые, золотые, снежные товарищи. Вы походите на крыло орла, клюющего небо!


Стук прервал его мятежный голос.


— Что — там?


— Путешественник с сухой дыней на голове стучит палкой по камню храма, — ответили мы.


— Добре. Ломка уз еще надежней и верней. Пучина пуз пылает пеною парней! — огненно заключил он, сходя.
Назад  

стр.976

  Вперед
Наши спонсоры:
Назад  

стр.976

  Вперед