Широков Виктор Александрович
«Иглы Мглы»

на ушедшее глядишь,

видишь признаки былого.

Наклонись. Земли комок

подержи в руке. Не надо

слез и клятв. Вдохни дымок

разорвавшихся снарядов.

Проведи рукой - и впрямь

жжет и режет, как осколки.

Ощути сегодня сам,

сколько пуль и павших сколько!

Сколько и каких людей

надо, чтобы устояла

жизнь под натиском камней

и кипящего металла!

Как походные огни,

перекрещенные строго,

здесь сошлись слова и дни,

люди, судьбы и дороги.

Здесь, на подступах к Москве,

высшею проверкой стали

мужество людей, идей

схватка, бой сердец и стали!

*

Война пришла кино и книгой,

еще была "война" - игрой.

Вот так и встретился с Великой

Отечественною войной.

Что я слыхал о настоящей

от очевидцев?. . Мой отец

лишь нынче вспоминает чаще,

как ранило, как жег свинец,

как пять тяжелых операций

он перенес, как на столе

пять раз случалось оказаться...

А все же ходит по земле.

Молчал. Работал. Сына с дочкой

воспитывал. И сгоряча

порой выбрасывались срочно

лихие пробки пугача.

Ему на жизнь хватило шума,

устал от грома и огня,

и поступил, наверно, умно,

что к чтенью приучил меня.

Война опять врывалась книгой,

взрывая мозг, лишая сна.

Запоминались просто мигом

героев наших имена.

Дубинин. Кошевой. Матросов.

Панфиловцы... В пятнадцать лет

вставало множество вопросов,

и я на все искал ответ.

*

Много лет тому назад,

собираясь на парад,

брился тщательно Клочков

с невеселой думой.

Пел. Верней, гудел. Без слов.

В дверь землянки дуло.

*

Сорок первый, самый нервный,

Самый тяжкий год в войну!

Сразу человек военный

привыкает ко всему:

что порою хлеба мало,

что ночей не спит, усталый;

и к землянке, и к стрельбе,

к неустроенной судьбе...

Привыкает, если утром

будит вой над головой...

Но привыкнуть было трудно

к мысли: "Немцы - под Москвой!"

*

Лес войной обезображен.

Всюду надолбы и рвы.

До шоссе пешком и - сразу

на попутной до Москвы.

Прямо к Каменному