Широков Виктор Александрович
«Иглы Мглы»

"Дие-дие..." - Бондаренко

старой шуткой подбодрил.

Рядом поддержал Петренко.

Только... недоговорил...

Подкосила пуля парня.

положила в грязный снег

нежно-нежно, плавно-плавно...

Неподвижен человек.

Диев (прозвище Клочкова)

подбежал к нему. Достал

бинт, но кровь струей багровой

била в десяти местах.

Очередь прошила ровно.

Уложила наповал.

Но Клочков его упорно

все же перебинтовал.

*

Снова небосвод алеет.

Кажется, и бой слабеет.

Передышка. Посчитали:

наших - девять...Тридцать - тех...

Восемнадцать танков встали

первый горестный успех...

Кто убит - всех помнить ВЕЧНО!

...Конкин, Емцов... всем ПОКЛОН,

самый низкий и сердечный!. .

Первый в том бою урон.

____Отступление о предателе____

Не кончен бой, но знаем мы исход...

И вот в живую ткань повествованья

вползает (и в такой семье!) урод

без Родины, без имени и званья...

Их было 28. Лишь один

живым из боя с танками вернулся.

Они врагу не показали спин...

Но был еще один...Проклятый.

29-й!

Испуганный, он бросил автомат.

Он поднял руки. В плен хотел сдаваться.

Ну, как его назвать? Российский мат

об эту падаль может замараться.

Я имени его не разузнал.

Его не называл боец Натаров,

тот, выживший... А только рассказал

о том, как этой сволочи не стало.

Его казнили сами. Высший суд

соратников, друзей и побратимов.

Предатель! Обнажилась подло суть.

И честь его, как жизнь необратима.

*

А бой не закончен... Взгляните,

врагами закрыт горизонт.

И рвутся с отчизною нити,

и сузился маленький фронт.

Фашистские грузные танки

похожи на вздувшихся жаб.

Сородичей топчут останки,

меж трупов фашистских кружат.

Второй эшелон. Горы стали

с землею мешают людей.

Солдаты смертельно устали.

Скорей бы уж, что ли. Скорей...

Во имя немеркнущей жизни,

на страх вековечный врагам,

родимая матерь-Отчизна,

дай силы своим сыновьям!

И снова Москва пред глазами.

Клочков вспоминает опять

о битвах великих сказанья,

святую российскую рать...

Разносится четко и мерно

звенящего голоса медь:

"Друзья! Нам придется, наверно,

на этой черте умереть!.."

*

Простившись последним