Уитмен Уолт
«Стихотворения и поэмы»

Певец печали и радости, в котором прошлое встретилось

с будущим,

На все едва намекая, над всем паря и скользя,

Сплетаю песню воспоминаний.

Однажды, Поманок,

Когда уже не было снега, и в воздухе пахло сиренью, и зеленела

трава,

Я видел в кустах шиповника, здесь, на морском берегу,

Двух пташек из Алабамы,

Гнездо и четыре светло-зеленых яйца в коричневых крапинках,

И дни напролет самец хлопотал, улетая и вновь прилетая,

А самка с блестящими глазками дни напролет сидела молча

в гнезде,

И дни напролет любознательный мальчик, чтоб их не вспугнуть

стоявший поодаль,

Следил, наблюдал и старался понять.

Свет! Свет! Свет!

Дари нам свет и тепло, великое солнце!

Покуда мы вместе, - покуда мы греемся здесь!

Мы вместе!

Дует ли южный, дует ли северный ветер,

Белый ли день или черная ночь,

Дома иль где-нибудь там, над рекою, в горах

Все время петь, забывая время,

Покуда мы вместе.

И вот внезапно,

Быть может, убитая, - кто ответит? - она исчезла,

Она поутру не сидела на яйцах в гнезде,

Не появилась ни к вечеру, ни назавтра,

Не появлялась уже никогда.

С тех пор все лето, в шуме прибоя,

В ночи, при луне, в безветренную погоду,

Над хрипло рокочущими волнами

Иль днем - кружась над шиповником, перелетая с куста

на куст,

Я это видел, я слышал, - ее призывал одинокий супруг,

Печальный гость из Алабамы.

Дуй! Дуй! Дуй!

Дуй, ветер морской, на прибрежье Поманока,

Я жду, возврати мне супругу мою!

Под небом, сверкающим звездами,

Всю ночь напролет на выступе камня,

У моря, почти среди плещущих волн,

Сидел одинокий чудесный певец, вызывающий песнями слезы.

Он звал супругу.

И то, что пел он, из всех людей на земле понятно мне одному.

Да, брат мой, я знаю,

Я сделал то, что другим недоступно,

Я сохранил, как сокровище, каждую ноту.

Бывало, бывало не раз,