Уитмен Уолт
«Стихотворения и поэмы»

сады и посевы маиса,

Пусть у тебя цветет гречиха и в ней гудят сентябрьские

пчелы

Дай мне улицы, лица людские - дай эти толпы, нескончаемо

движущиеся по тротуарам!

Дай миллионы глаз, дай женщин, дай тысячи товарищей

и влюбленных!

Новых встречать хочу каждый день - новые руки в своих руках

держать каждый день!

Дай мне ярчайших зрелищ! Улицы дай Манхаттена!

Дай мне Бродвей, где маршируют солдаты, - дай дробь

барабанов и звуки труб!

(Солдаты построены в роты или полки - часть их, отправляясь

в далекую даль, горит отвагой,

Другие - время их истекло - возвращаются в поредевших

рядах - молодые и все же очень старые, устало идут,

не замечая ничего вокруг.)

Дай мне берега и пристани с тесно обступившими их черными

кораблями!

Это по мне! Жизнь, полная напряжения! Многоликая,

насыщенная до краев!

Жизнь театров, баров, больших гостиниц - она по мне!

Салон парохода! Палуба с толпами людей, движение - это

по мне! И факельное шествие!

Плотно сбитый отряд, отправляющийся на войну,

с нагруженными повозками позади,

Бесконечный поток людей, охваченных страстью, с сильными

голосами, людей, всегда в действии,

Улицы Манхаттена - их могучий пульс, звучащие, как ныне,

барабаны,

Не знающий покоя, шумный хор, звяканье и лязг мушкетов

(и даже вид раненых),

Толпы Манхаттена - их музыкальный хор - разноголосый

и буйный, и свет сверкающих взоров

Лица, глаза Манхаттена навеки во мне.

НЕ МОЛОДОСТЬ ПОДОБАЕТ МНЕ

Не молодость подобает мне,

Не изысканность, я не умею тратить время на разговоры,

Неуклюжий в салоне, без манер, не танцор,

В ученом кругу безмолвен и скован, ибо я не привык к наукам,

К красоте и учености я не привык - но что-то мне все же

привычно,

Я ходил за ранеными солдатами и утешал умирающих,

А в минуты досуга и посреди бивуака

Складывал эти песни.

ТЫ, ЗАГОРЕЛЫЙ МАЛЬЧИШКА ИЗ ПРЕРИЙ