Цветаева Марина
«Повесть о Сонечке»

Вы не вышли к черни с хлебом-солью, И скрестились - от дворянской скуки! В черном царстве трудовых мозолей Ваши восхитительные руки.

========

(Не мне презирать мозоли - тогда бы я должна была презирать себя первую - но тогда эти мозоли были в любовь навязаны и вменены в обязанность. Отсюда и ненависть.)

Прибавлю еще, что Сонечка со Стаховичем были в одной студии - Второй, где шли и Сонечкины ?Белые Ночи? с единственным действующим лицом - Сонечкой, и ?Зеленое кольцо? с единственным действующим лицом - Стаховичем (кольцо - молодежь).

========

Вот об этих-то le?ons ?bon ton, maintien, tenue? Сонечка мне и рассказывала, говоря о своих тупоносых башмаках.

- Это был такой стыд, Марина! Каждый раз сгорала! Он, например, объясняет, как женщине нужно кланяться, подавать руку, отпускать человека или, наоборот, принимать.

?Поняли? Ну, пусть кто-нибудь покажет. Никто не может? Ну, вы, - Голлидэй, Соня?.

И выхожу, Марина, сгорая со стыда за свои грубые низкие ужасные башмаки с бычьими мордами. В таких башмаках проходить через весь зал - перед ним, танцевавшим на всех придворных балах мира, привыкшим к таким уж туфелькам... ножкам...

О ножки, ножки, где вы ныне, Где мнете вешние цветы?

Но выхожу, Марина, потому что другому - некому, потому что другие - еще хуже, не хуже одеты, а... ну, еще меньше умеют... дать руку, отпустить гостя. О, как я бы все это умела, Марина, - если бы не башмаки! Как я все это глубоко, глубоко, отродясь все умею, знаю! Как все сразу - узнаю!

И он всегда меня хвалил, - может быть, чтобы утешить меня в этих ужасных башмаках? - ?Так, так, именно - так...? и никогда на них не смотрел, точно и не видел, как они меня - жгут. И я не глядела, я