Мир поэзии Поиск книг    О проекте    Обратная связь    Размещение рекламы

Лифшиц Бенедикт
«Полутораглазый стрелец»

Главная страница / Лифшиц Бенедикт «Полутораглазый стрелец»
занимались, что с редкой последовательностью вытравляли из человека все свойства, отличавшие его от неодушевленного предмета, не останавливаясь даже в тех случаях, когда такая операция приводила к физической смерти.


И в пушкинском Петербурге маска европеизма с трудом держалась на лице болотной медузы. Однако после каждой затрещины, 6 от которой эта маска съезжала на сторону, ее водворяли на место, соблюдая какую-то видимость приличий. Основные координаты русского абсолютизма, определившие собою архитектурный стиль николаевской эпохи, в известной мере завуалированы в северной столице.


Но то, что в умном Петрограде


Утаено как некий грех,


На аракчеевском параде


Доступно обозренью всех.


Дворец крылатый Демирцова,


Где три прославленные слова * -


Низкопоклонственный девиз! -


Обычный заменяют фриз,


И портики, и колоннады,


И статуи печальных дев,


И строи стриженых дерев


Разоблачают без пощады


Противонравственный союз


Военщины и нежных муз. 7


Впрочем, союз этот пыталось утверждать только Гр

у
зино, бывшая аракчеевская резиденция, где находился штаб и первые два батальона Петровского полка. Медведь же в беспримесном виде воплощал идею аракчеевской казармы: в нем больше, чем во всех остальных новгородских поселениях, обнажался смысл николаевской эпохи.


У этих прямолинейных, цвета несвежей говядины, зданий, уже на небольшом удалении казавшихся железнодорожными пакгаузами, было свое, несоизмеримое с нашим существованием, бытие. Они не ограничивались ролью безмолвных свидетелей прошлого: они вмешивались в нашу жизнь, магически воздействуя на всех, кто входил с ними в сопри-


* «Без лести предан» - аракчеевский девиз. (

Примеч. Б.
Лившица.
)



380



косновение, они подминали под себя и видоизменяли сознание своих обитателей.



Подобно тому как летом нагревшиеся за день стены отдают после захода солнца вобранное ими тепло, эти стены еще в начале XX века отдавали скопившуюся в них десятилетиями бесчеловечную жестокость. Редко где фетишизм зданий обнаруживался с такою силой, как в Медведе: недаром во время русско-японской войны, - обозлясь ли на неудачи или в надежде на будущие успехи, - в нем устроили концентрационный лагерь для пленных японцев. В нем же с девяностых годов помещался дисциплинарный батальон, один из пяти на

Назад  

стр.545

  Вперед
Наши спонсоры:
Назад  

стр.545

  Вперед