Мир поэзии Поиск книг    О проекте    Обратная связь    Размещение рекламы

Йейтс Уильям Батлер
«Стихи. (В переводах разных авторов)»

Главная страница / Йейтс Уильям Батлер «Стихи. (В переводах разных авторов)»
слабей, чем злость?..


И что могло бы дать хоть миг покоя


Той, чей надменный дух, как пламя, прост,


Чей лик – как лук, натянутый рукою


Из тех, что в век бессилья не в чести?..


С той красотой, торжественной и ярой,


Что совершит она, и где найти


Вторую Трою для её пожара?






Г. Кружков. Йейтс в 1922 году





[ИЛ, № 10, 2005]




18.09.2007 г.



Жизнь Уильяма Йейтса (1865-1939) переламывается на дате «1917». В этом году он женится (воистину революционный шаг для пятидесяти двухлетнего холостяка), пишет книгу «Per Amica Silentia Lunae», заключая в нее свое философское и творческое кредо, и, наконец, приобретает старинную норманнскую башню на западе Ирландии, в графстве Голуэй,- башню, которой суждено стать символом его поздней, наиболее зрелой, поэзии.


В башне сто лет уже никто не жил. Потребовалось кое-где сменить перекрытия, сложить новый камин… Ремонт затянулся. Йейтсу не терпится приехать, чтобы самому проследить за последней стадией работ, благо жить есть где – по соседству имение его лучшего друга и покровительницы леди Грегори,- но в округе неспокойно, политическая ситуация в Ирландии зыбкая, и ехать с двумя крохотными детьми в Голуэй друзья ему не советуют. Йейтс выжидает, откладывает; наконец весной 1922 года решается – и попадает в самый разгар ирландской смуты.




Понятно, что с годами человек становится консервативней. Впрочем, Йейтс никогда не был радикалом, хотя и дружил с революционерами, а его патриотическая пьеса «Кэтлин, дочь Хулиэна» в свое время вызвала взрыв энтузиазма пылкой дублинской молодежи. Он сумел увидеть «страшную красоту» Дублинского восстания 1916 года и оценить жертвенность ее участников – но вряд ли ожидал, каким ожесточенным демоном предстанет вскоре эта страшная красавица.


Прошло пять лет после «Кровавой Пасхи», и многое изменилось в стране и в жизни Йейтса. Выпущенный на волю демон насилия требовал новых жертв. Йейтс чувствовал и свою личную вину за происходящее:


Вот до чего мы


Дофилософствовались, вот каков


Наш мир – клубок дерущихся хорьков!


Это строки из стихотворения «Тысяча девятьсот девятнадцатый»,

Назад  

стр.173

  Вперед
Наши спонсоры:
Назад  

стр.173

  Вперед