Клюев Евгений Васильевич
«Зелёная земля»

Но не пишут стихов короли – никогда не писали:

как-то заняты были всегда то одним, то другим…

Новые года летят -

чередуются глаголы -

новые года летят…

и один новей другого:

промелькнул – и был таков,

и не хватит (хоть в избытке!)

колпаков на дураков

и бумаги – на открытки,

и не хватит пятаков

разложить по всем чулочкам,

яблоков и облаков -

ангелам и ангелочкам,

и не хватит жизни всей,

чтоб угнаться за полётом

стаи жареных гусей

по заяблочным высотам.

С Новым годом, Старый Бог,

ибо это – самый новый:

нов – до хруста на зубах,

нов с иголочки, еловой!

Вам зачем, Ваше Непостоянство,

раньше времени в город Москву?

Раньше времени только пространство,

небеса да пучина Ау:

ни тебе переправы, ни брода,

ни плеча – преклонить бы чело!

Раньше времени только свобода,

то есть, в сущности, нет ничего.

То ли день близко к ночи был начат,

то ли век уж своё отшагал -

ты катись, неприкаянный мячик,

по пустым безымянным снегам:

ты резиновый, ты разноцветный,

с полосой поперёк живота,

погоняемый мыслью заветной -

дескать, жизнь ещё не прожита!

Заблуждение длится и длится:

ни концов, ни начал не найти -

старый Мёбиус с бездной в петлице

окликает тебя по пути!

Только бы от него отвертеться -

и тогда, знаю я наперёд,

золотая инерция детства

нас куда-нибудь да приведёт.

Скрипки на Стрёгет

Не людское и не мирское,

а небесное (но не местное) -

выпиликивается такое-

здесь-ещё-не-известное:

выпиликивается на скрипочке

понаехавшими славянами -

под цветастыми сарафанами

вьетнамские тапочки.

И с испугом глядит полиция

на такое-тут-выпиликивается.

Стрёгет благоухает нежностью -

и – почти уже с невозможностью

удержать под сердцем бумажники,

куда смотрят эти таможники! -

Копенгаген, врасплох захваченный,

расплывается, как засвеченный

на дешёвенькой плёнке мыльницы,

и бежит в луга, за околицы,

на зелёные, значит, пажити…

А вот… птичку – на скрипке – можете?

И (в глазах ни единой тучки)

выпиликиваются – птички!

Дзэнские монахи, сметающиеорнамент из цветного песка

Вестербро уносит с лица земли -

попрощаемся с Вестербро:

поспешает парусный флот вдали,

но ему уже не успеть

подхватить несомое, как перо,

мимолётное Вестербро -

Вестербро, оставшееся на треть…

но исчезнет и эта треть!

Все бирюльки давно сметены с лотка,

ибо жизнь совсем коротка:

бодхисатвы розовая рука

держит веничек