Клюев Евгений Васильевич
«Зелёная земля»

куда же ещё никогдее?

А срок… всякий срок – это несколько строк:

четыре обычно – под ними

подводит черту Иоганн Будденброк:

на нём и закончится, стало быть, срок -

куда ж ещё лишнее имя?

В домовую книгу вписав соловья,

грача и ещё куропатку,

задуматься: что за чужая семья,

и кто из них кто, и какой из них – я?

Возврат – это дело порядка.

Всё кончится там, где оно началось, -

из просто пристрастия к ритму:

и злость, побывавши любовью, во злость

вернётся: домой… – заблудившийся гость,

подмявший в пути маргаритку.

Тому-то и учит нас рифмы урок -

мятущейся странницы, давшей зарок

вернуться однажды к обеду:

и сколько б ни виться верёвочке строк,

а будет петля – и на это есть Бог,

оставивший нас на одной из дорог,

но пообещавший: приеду.

Окарина на окраине -

на окраине чего?

Окарина на окраине…

на окраине – всего.

Громыхает в кухне супница,

задевая за игру, -

если музыка оступится,

я, наверное, умру.

Ходит дудочка на цыпочках

по обрыву бытия

с горсткой нот своих рассыпчатых,

отнятых у забытья.

О, карина, как я верю Вам

в час, когда почти бегом

сон учёный с плоским веером

бродит по цепи кругом!

Стой, попавшая на удочку

вечной музыки одной,

жизнь длиною в эту дудочку,

в эту музыку длиной!

В этом возрасте стихи

никакие не стихи,

а такие пустяки!

В этом возрасте слова

никакие не слова,

а крутящиеся лихо

золотые жернова:

не порхай над ними, птаха,

улетай, пока жива!

Размолотят подчистую -

превратишься в золотую

пыль, и все тебе дела…

В этом возрасте хвала

значит больше, чем победа,

братство – больше, чем свобода,

верность – больше, чем любовь,

и смешит любая явь,

хоть никто об этой яви

всё равно судить не вправе

в этом возрасте пока.

В этом возрасте легка

мысль, и речь легка, и память,

и Господь у них – бубенчик,

а отнюдь не кто-нибудь,

ибо, мастер пустословить,

он смешлив и беззастенчив

и, конечно, знает путь!

И открытку от Вас получить вскоре -

голубую открытку, моя радость:

на одной стороне у неё – море,

на другой стороне у неё – адрес,

и немного любви, и лихой росчерк

«Ваша…» – следует имя, за ним – дата.

Впрочем, имени может не быть –